Версия для слабовидящих
Размер шрифта:
A A A
Цветовая схема:
Ц Ц Ц
Обычная версия сайта

СМИ о нас

«Регион 29»: Одя Ложкин и голодные игры: в архангельском театре драмы древних греков покрошили в салат

26.12.20
Автор: Мария Атрощенко
Фото: Артём Келарев
Источник: https://region29.ru/2020/12/26/5fe594f7a7038187ff55ca42.html 

В «архдраме» идёт «Сказка об Одиссее» независимого петербургского режиссёра Андрея Гогуна. На камерной сцене, готовя праздничное угощение, её за кухонным столом разыгрывают мама, тётя и доча.

На столе — туесок, ковши-утицы. Рядом холодильник «Итака», плита, радиоприёмник. Но плазменный телевизор в картинной раме с заставкой в виде скульптурной головы Зевса. Трём героиням спектакля — маме Тане (Татьяна Боченкова), тёте Наташе (Наталия Латухина) и доче Кристине (Кристина Ходарцевич) — сначала не до мифов и подвигов, готовка (легко представить, что к праздничному столу — только «Иронии судьбы» фоном не хватает) в самом разгаре. Картоха закончилась (это, кстати, первая реплика спектакля), подарки не куплены (всем телефоны да шубы подавай!), а нужно ещё и зрителей развлекать.

Женщинам на кухне часто приходится готовить при «зрителях»: нарезая салат, следить за тем, чтобы дети ничего не разбили, не порезались и не тянули руки к горячим кастрюлям. Но мама, тётя и доча имеют в виду ещё и других зрителей — театральных — детей и взрослых, что будут сидеть перед ними (правда, на предпоказе были в основном взрослые).

То, что актрисы дают понять, что для них наличие публики — не секрет, акцентирует внимание на самой природе театра. Вот в ресторанах бывает открытая кухня, когда блюда готовят на глазах у посетителей. А тут открытый театр: механизмы игры не спрятаны, а явлены напрямую. Здесь никакой четвёртой стены между сценой и зрительным залом не существует. 

Как практически не существует и персонажей. Три героини, конечно, называются мамой, тётей и дочей. Но актрис, оставшихся при своих именах, с ними и ассоциируешь. Не говоря уж о том, что физически нет главного героя: Одиссея Первозванного из теста лепит доча Кристина, потом его выпекают в духовке, как пряничного человечка, его же затем заменяют тряпичным. Его роль время от времени примеряют и дочка, и мама, и тётя. 

Так же они притворяются то Афиной, то циклопом Полифемом, то Посейдоном, то нимфой Калипсо. Так в детских играх тоже часто меняются ролями. Так быстро «обожествляться» рассказчицам помогают забавные вязаные шапки, которые актрисы вязали сами: совиная — для богини мудрости, одноглазая, без прорезей для глаз — для Полифема.

С подачи Зевса Кронидовича (Евгений Нифантьев), который подражая Николаю Дроздову, рассказывает о повадках ахейцев, начинается игра в «Сказку об Одиссее». Рассказ о странствиях хитроумного царя Итаки зрителям «от трёх до 103» начинается с азов — что за ахейцы такие. Греки рождаются почти как в песне «Точка, точка, запятая»: туловища из морковки скрепляются с головами из редисок с помощью зубочисток. 

В сказке для трёхлеток не обходится и без резни. Захват крепкостенной Трои (тёрки, стоящей на разделочной доске, опирающейся на четыре картофелины) превращается в кулинарный поединок: сам троянский конь собирается из туеска, четырёх ложек и пучка зелени, а троянцев (огурцы и помидоры) в итоге рубят на салат — греческий, конечно же.


Несмотря на спартанское убранство сцены, театральная машинерия работает на полную катушку. Стол оказывается не простом столом, а практически космическим кораблём, в котором всё время что-то дует, светится, выдвигается и раздвигается. Не обходится и без спецэффектов: из духовки, в которой печётся пряничный Одиссей, валят клубы дыма, а сверху на крюках, почти как боги из машины, спускаются куклы.

Не знаю, как для самых маленьких зрителей, но для взрослого самый смак заключается не в самой «сказке» о скитаниях царя Итаки (плавали, знаем!), а том, как она рассказана. Главный интерес — в том, какие бытовые подручные предметы используются для рассказа о героических событиях.

Из этих парадоксальных сближений: ковша-утицы и военного корабля древних греков, троянского коня и туеска на ножках из ложек, Калипсо и бабы на чайник, Харибды и пылесоса, сирен и кукол барби, Гермеса и куклы Гагарина, солонки и волшебницы Цирцеи, славы героя и пионерского горна, — рождается комическое. Похожий эффект возник бы, если бы Вася Ложкин перерисовал в своём стиле «Последний день Помпеи» Карла Брюллова. Причём начинается это комическое обытовление с самого Кронидовича, который предстаёт на экране пусть и громовержцем, но каким-то кукольным, потешным — в алой верёвочной бороде. А потом и вовсе её снимает, и тоже из-под маски Зевса выглядывает просто дядя Женя.

Взрослого, примерно помнящего про циклопа Полифема, подарок Эола, Калипсо и стада Гелиоса, ведёт за историей не беспокойство за судьбу Одиссея, а любопытство: «Ну-ка, а как они это покажут? А это?». Любопытство к проявлениям режиссёрской фантазии стимулирует собственную фантазию. Для малышей это, наверное, тоже сработает: получится такая «развивашка» творческого мышления. И вредный совет (кошмар для родителей!) — как устроить театр на кухне.

Тем более, что заразительный пример игры в театр зрителям показывают сами актрисы. Они не только напрямую обращаются к большим и маленьким («Дети, запомните: никогда не принимайте подарков от незнакомых ахейцев!»), но и непосредственно втягивают их в действие, заставляя передавать друг другу корабли с ахейцами, хрюкать, работать ветрами и организовывать проводку судна между Скиллой и Харибдой. Часто дети и без таких приглашений рады поучаствовать — они предупреждают героев об опасности, кричат: «Осторожно!», — а тут и взрослых хлебом не корми, а дай крикнуть с места: «Нет, нет, не открывай коробку с подарком Эола!». Можно ведь. И даже нужно.

В спектакле, в котором уровень взаимодействия артистов с публикой настолько силён, даже можно на мгновение позабыть о фигуре режиссёра. Но эта лёгкость, импровизация были бы невозможны без него. Андрей Гогун ничего не придумывает зазря и ничего не забывает. Если в начале тётя Наташа просит себе телефон последней модели, то эта деталь потом снова всплывает, причём в кульминационный момент, когда Одиссея пытаются соблазнить сирены. И не страшно, что с первого раза героиня поддаётся искушению, — можно же переиграть. Зато потом она от предложенного телефона отказывается, потому что вовремя напоминают: дома ждут жена и сынок. Так, между шутками и играми детям поколения Z и «альфа» ещё и ненавязчиво преподают урок о том, что действительно важно.

На этом, самом важном, — возвращении домой, — спектакль и заканчивается. На стол выставляют румяный каравай — как символ встречи дорогого гостя. И рядом с фигуркой Одиссея появляются ещё две, ведь любому страннику нужно иметь тех, к кому возвращаться. А раз скоро Новый год, идёт бумажный снег. Почти, как в «Рождестве по-итальянски» из репертуара «архдрамы».

Назад
СМИ о насвсе
Ближайшие спектакли
16+
Спектакль (Основная сцена)
Б. Пастернак
Режиссёр - Андрей Тимошенко

Продолжительность спектакля станет известна ближе к премьере.

«В этой грандиозной эпопее отражено много сложных важных исторических этапов нашей страны. Но главное для меня здесь — история про человека — образованного, интеллигентного, одарённого, жившего в непростое время. Почему, оказавшись в этой ситуации, Юрий Живаго не стал выживать любой ценой, как поступило бы большинство? Главный герой достойно прошёл все перипетии и пронёс сквозь боль свою любовь и творческую музу, стал поэтом и философом. Путь и выбор художника, духовный рост — вот, что меня здесь интересует. Первая репетиция спектакля уже состоялась, в спектакле занята вся труппа, мы распределили основные роли, отмечу, что исполнитель главной роли — Дмитрий Беляков, в роли Лары — Нина Няникова.  В спектакле будем активно использовать приёмы игрового театра, которые в этом сезоне мы продемонстрировали зрителям в спектакле «Спасти камер-юнкера Пушкина», когда артист играл по несколько ролей мастерски перевоплощаясь», - анонсировал премьеру режиссёр Андрей Тимошенко.

Подробнее
16+

Драма (основная сцена)
Ф. Достоевский
Режиссёр - Алексей Ермилышев

Продолжительность — 3 часа 20 минут (с одним антрактом).

В центре спектакля — сюжетная линия Дмитрия Карамазова и судебный процесс по делу об убийстве. По сути детективная история, которая превращается в глубокий разговор о смерти и жизни, о грехе и любви, о человеке и обществе. Как известно, Достоевский был уверен, что преступление характеризует общество и является катализатором внутренних мытарств.

Как душе Мити предстоит символически умереть под тяжестью совершенных грехов и символически воскреснуть под влиянием любви и раскаяния? Узнаем на спектакле. 
В «Братьях Карамазовых» название «Хождение души по мытарствам» отнесено к трем главам, описывающим три «мытарства» Мити – Дмитрия Карамазова, которому предъявлено обвинение в убийстве Федора Карамазова, его отца. Мытарства в православной религии –  это «свидания» с бесами, которые происходят после смерти человека с 9 по 40 день. Но мытарства Дмитрия проходят при жизни. Поэтому в спектакле художественными средствами будет создано будто межпространственное ирреальное место между адом и раем, где проходит душа мытаря. Второе определение мытаря — сборщик податей, при этом вся история Дмитрия связана с деньгами, деньги явно имеют власть над героем. 

_-_.jpg
Алексей Ермилышев, режиссёр спектакля:

«Я взял очень светскую историю - выяснение всех обстоятельств судебного дела. В романе много богословских высказываний и персонажей - монахи, иеромонахи, схимники, старцы. Но в спектакле они почти все лишены слова. В фокусе — расследование убийства и то, как Дмитрий принимает на себя кару: «Я не виноват, я не убивал отца. Но я должен пострадать. Потому что все мы за всех виноваты». Мысль, что все мы за всех виноваты и все мы должны держать ответ, впервые я услышал именно у Фёдора Михайловича в «Братьях Карамазовых». Это такая наша русская черта. Только в православии русском есть это, что мы все как-то связаны, все друг за друга ответственны»

 
Премьера спектакля состоялась 7, 8 мая 2021 года.


В спектакле звучит группа следующих исполнителей: Шесть Мертвых Болгар, Мельница, Воскресение, Trevor Morris, Mono, Olafur Arnalds, Jeff Russo, Jun Miyake , Adam Lastiwka.

СМИ о спектакле:
Пресс-служба театра: Алексей Ермилышев: «Мне импонирует выбор Дмитрия Карамазова»
Пресс-служба театра: Ирина Титоренко: «Карамазовы — это история русская; это наши страсти, наши страдания».
Отзыв Андрея Петрова о премьере «Карамазовы.Мытарь»
ИА Двина-Сегодня: «В Архангельском театре драмы представили шестую премьеру сезона «Карамазовы. Мытарь»
ИА Регион-29: «В архангельском театре драмы состоялась долгожданная премьера спектакля «Карамазовы. Мытарь» режиссёра Алексея Ермилышева»
Газета «Бизнес-класс». «Все за всех виноваты: «рыцарь сонный» на пути искупления».
ИА Регион-29. Интервью с Алексеем Ермилышевым и Дмитрием Беляковым перед премьерой «Карамазовы. Мытарь»
Регион-29. ТВ-сюжет с премьеры
Газета «Правда Севера». В архангельском театре драмы поставили премьеру по известному роману Достоевского.

Инсценировка, музыкальное оформлениеАлексей Ермилышев
Сценограф — Андрей Тимошенко
Художник по костюмам — Ирина Титоренко
Балетмейстер — Анастасия Змывалова
Художник по свету —- Ольга Раввич
Видеоконтент — Сергей Жигальцов
Хормейстер — Мария Степанова
Спектакль ведёт Ирина Варенцова

Подробнее