Григорий Служитель "ДНИ САВЕЛИЯ"
Архангельский театр драмы им. М. Ломоносова, 2024.
Режиссер - Андрей Тимошенко.

Перенесение на сцену объемных прозаических произведений – дело привычное для инсценировщика, режиссера и сценографа Андрея Тимошенко. Да, именно так – в трех лицах – он и выступает в качестве интерпретатора больших романов, подбирая к каждому свой особый подход для адекватной передачи их содержания на театральных подмостках. Если до этого были великие романы ХХ века, уже воспринимающиеся как классические: «Доктор Живаго» Б. Пастернака, «Сто лет одиночества» Г. Маркеса, «Мастер и Маргарита» М. Булгакова, то сейчас режиссер обратился к роману ХХI века, написанному совсем недавно, пользующемуся большой популярностью как у литературной общественности, так и у широкой публики. Речь идет о романе Григория Служителя «Дни Савелия». Показательно, что автором романа является действующий театральный актер, значит – вольно или невольно – элемент театрализации, актерской игры в его прозу уже заложен. Это проявляется в том, что повествование ведется от имени не человека, а кота, которого зовут Савелием, хотя как только ни называли его встречающиеся на его жизненном пути люди. Однако этот кот сам по себе, он самодостаточен, он горд и независим, чтоб признавать право владения его личностью, его свободой кем бы то ни было. Это кот-интеллектуал, кот-философ. Таким он родился, да что там говорить, таким он был еще и до рождения – уже умным, уже начитанным, уже образованным, уже с незаурядным образным мышлением. Такова уж авторская установка. Но в этом и опасность: Савелий много и красиво говорит. Велико искушение оставить его сложносочиненную и подчеркнуто выразительную речь в первозданном виде. Но что хорошо для прозы может оказаться убийственным для театрального представления. Все-таки спектакль, на наш взгляд, оказался слишком перегруженным авторским текстом, во время просмотра не покидало ощущение, что слушаешь литературные чтения по радио, тем более голоса артистов усилены микрофонами.

Итак, кот Савелий рассказывает о своем рождении, о своей жизни, о своих встречах с разными людьми и животными, перемежая рассказ пространными комментариями и самозабвенным философствованием. Его эмоциональное повествование оттеняется экспрессивным театральным действом. Зрители вместе с героями отправляются в увлекательное и познавательное путешествие по Москве: по ее улицам и переулкам, по садам и паркам, по храмам и музеям, по парадным подъездам и задворкам с мусорными баками. Основу сценографии составляют нарисованные домики и машины, сменяют друг друга места действия, мелькают персонажи, актеры моментально перепрыгивают из одного образа в другой, меняя костюмы, всё и вся находится в непрерывном движении. Чисто кошачьи радости и проблемы чередуются с человеческими, заботы о хлебе насущном вступают в противоречие с размышлениями о сугубо несъедобном, о смысле жизни и смерти, например. Откровенный комизм и хохмачество перемежается с не менее откровенным мелодраматизмом и сентиментальностью. Понятно, что когда говорится исключительно о котах, речь на самом деле идет о человеке, да и сам облик героев спектакля вполне себе человеческий, даже если эти герои – представители фауны. Текут дни кота Савелия, а у зрителей создается стойкое впечатление, что они становятся свидетелями жизни яркого, неординарного человека, они сочувственно следят за его мучительными поисками самого себя, проникаются его чувствами, переживают из-за его неудач, радуются его победам.

Спектакль получился подчеркнуто игровым, лицедейским, очень изобретательным в этом плане. Актеры буквально купаются в стихии игры, не скрывая удовольствия от самого процесса. Органичен и точен исполнитель роли Савелия Михаил Бакиров: участвуя в каких-то сценических событиях, главный герой всегда занимает позицию над схваткой, остается особняком как гид-повествователь. Мастеровитая Наталия Латухина грациозна и сентиментальна в роли мамочки Глории, озорна и потешна, принимая облик бабушки Раисы, и уморительно нелепа в образе смотрительницы Третьяковки. Великолепная Нина Няникова, как всегда, поражает виртуозным калейдоскопом примеряемых масок: вот восторженно-томная кошачья тетушка Мадлен, а вот несчастная, депрессивная, а потому и враждебно настроенная к коту мама Лена Пасечник; потом, изменившись до неузнаваемости, актриса создает запоминающиеся образы меланхоличной уборщицы и заполошного, растерянного пса Людвига. Подобным способом можно охарактеризовать практически каждого участника представления. Отметим лишь некоторые, наиболее удачные образы из того пестрого множества, представленного в спектакле: несмотря ни на что оптимистично настроенный бродячий кот Гарри Александра Зимина; зашуганный, как будто весь состоящий из одних комплексов, Витюша Артура Чемакина; импозантный, элегантный, а потому и особенно страшный котоубийца Дмитрия Белякова; раскрепощенно-самовлюбленный туповатый попугай Игги Николая Варенцова; трогательно-трепетная кошечка Грета Анастасии Волченко; напористо-убедительный кот Оливер Тимофея Тихонова; рассудительный вахтер Сергеич Артема Пребышевского. Украшают спектакль уже самим своим в нем эпизодическим присутствием Михаил Кузьмин, Александр Дубинин, Мария Новикова. Интересно следить за игрой Екатерины Зелениной, Татьяны Сердотецкой, Петра Куртова.

В игровой стихии этого незаурядного представления нашлось место для игры с куклами, созданными Ильей Сарычевым, помогают создать особую атмосферу спектакля выразительные костюмы Ирины Титоренко, хореографические номера в постановке Александра Любашина, музыкальное оформление Артема Татаринского и работа художника по свету Руслана Майорова.