Габриэль Гарсиа Маркес получил Нобелевскую премию по литературе с формулировкой, которая выражает суть романа «Сто лет одиночества»: «За романы и рассказы, в которых фантазия и реальность, совмещаясь, отражают жизнь и конфликты целого континента». 

Режиссёр обращается к ещё более глубокому слою. В его постановке жизнь маленького колумбийского городка глобализируется до масштабов всей цивилизации в целом, её возникновения, структуры и вековечно повторяющейся реальности.

Маленький зал Новой сцены Театра Вахтангова окружён чёрным помостом. Зрителей оставили в квадратной яме на крутящихся креслах. Почти четыре часа публика неустанно вращается на них вслед за действием: то бушующим, то ползущим по часовой стрелке и против.

Составленная по периметру зала сцена являет собой воплощение цикличности жизни, что бесконечно замыкает круги: подлинно и инфернально, внутри и снаружи всех живущих в данный момент бытия.

Огромная глыба настоящего льда в центре зрительного зала  излучает призрачное голубовато-мертвенное сияние. Это самое заветное воспоминание полковника Аурелиано Буэндиа о его детской прогулке с отцом. Кусок льда становится своеобразным тотемом рода, отправной точкой его начала.

Когда-то Хосе Аркадио Буэндиа (Дмитрий Беляков) убил своего соперника Пруденсио Агиляра (Александр Зимин) копьём, также, как первобытные люди закалывали мамонтов. Вместе с этим событием словно закончилось то, что называется до н.э. и начались времена н.э. 

В этих новых реалиях – новые правила, и кровосмесительные браки уже более не представляются чем-то естественным. Новоявленные Адам и Ева в лице молодой пары любящих друг друга Хосе Аркадио и его двоюродной сестры, а ныне жены Урсулы (Мария Беднарчик) вынуждены покинуть деревенский рай прошлого, построить в новой эре собственный мир под названием Макондо, а в нём пустить глубокие корни до седьмого колена.

Основатель рода оказывается настоящим исследователем и творцом. Он строит не только городок для всех, но и цивилизацию для себя со всеми её увлекательными открытиями. Пытливая натура Хосе Аркадио заставляет его очаровываться неизведанным. К алхимическим поискам золота его подтолкнул колдун-цыган Мелькиадес (Александр Субботин). От алхимии и астрологии до осознания, что «Бога нет!» герой идёт через познание устройства вселенной. Он рисует солнечную систему, как воронку, как черную дыру, в которую всасывается уходящая по секундам жизнь. Хосе Аркадио, отец большого семейства, принципиально одинок в своих поисках. Он шагает параллельно окружающей его жизни.

Существование рода поддерживает работящая и добрая Урсула. Как может, она воспитывает своих детей: порывистого Хосе Аркадио (Артём Пребышевский), мечтательного Аурелиано (Иван Братушев), несчастливую Амаранту (Татьяна Сердотецкая). Семья без раздумий даёт кров сироте Ребекке (Мария Новикова). 

В первом акте саги о семье Буэндиа мало слов и много действия. Режиссёр не «выкапывает» смыслы, не усложняет сюжет собственными рефлексивными поисками. Фабулу он «раскладывает по полочкам», делая рельефным содержание, до последней буквы знакомое и зачитанное «своими». Теми, кто читал, читает и будет читать. Кто пропускает прочитанное через себя и делает самостоятельные открытия на дне «Марианских впадин» гениальных произведений. 

Андрей Тимошенко иллюстрирует «магический реализм» Маркеса сочно, впечатляюще и ощутимо на физическом уровне. Четыре года нескончаемо идущий дождь в Макондо почувствует на себе каждый зритель. Также, как и летящие капли от ударов мокрыми полотенцами по стенам в сцене исступлённой любви Хосе Аркадио и Ребекки, вместе с которой трассирующей пулей пролетает вся их совместная жизнь и внезапная смерть Хосе Аркадио -второго.

В судьбе Аурелиано проигрывается знакомый жизненный парадокс, когда внешне мягкий и задумчивый человек превращается в лихого военачальника, диктатора-либерала и обладателя неуёмной мужской силы. 17 женщин рожают ему 17 мальчиков, которых зовут Аурелиано. Все они погибают в одну ночь. От армии полковника остаются скелеты, развешанные, точно на виселице, вдоль сцены. И вспоминается, что примерно так и заканчиваются все диктатуры в истории. Головы своих сыновей полковник символично складывает в знакомую пирамиду «Апофеоза войны».

К концу первого действия бесконечно движущиеся по кругу сцены и герои сливаются в единый замысловатый лозунг, как и хэтшегоподобное название спектакля. И в тот момент, когда смысл начинает ускользать за массивом действия, герои садятся по кругу на стулья и чётко проговаривают всё то, что уже произошло с ними в первом акте их жизней. Режиссёр наводит порядок на «полочках» сюжета и в головах зрителей.

Второй акт полнится монологами, признаниями, эффектными сценами завершения судеб и глобального предсказания будущего для планеты, чьи жители упорно ходят по кругу и не внимают никаким предупреждениям: ни магическим, ни практическим. 

Финальная сцена меланхолична и многозначительна. Урсула держит в руках разноцветные клубки пряжи, от которых к каждому члену рода, к каждому жителю Макондо, тянутся цветные нити. Люди монотонно ходят по кругу, связанные тонкой пряжей с пожилой мудрой женщиной, прародительницей, матерью-Землёй. Они живут привычно, зная, что опять наступят понедельник, вторник и прочие дни недели. Им кажется, что в их городе и жизни так будет из века в век, каждые сто лет, что ничего нельзя поменять, да и нужно ли? Гибельные войны, диктатуры, запретная любовь влекут их, как «неизъяснимы наслажденья – бессмертья, может быть, залог!». 

Для тех, кто как основатель рода Хосе Аркадио Буэндиа, стремится открыть двери перед неизвестностью, нет иного выхода, кроме как непонятым и неоценённым в своих усилиях сойти с ума от одиночества. 

Урсула, вечно ответственная за всех мать, будет долго держать в своих руках яркие и разноцветные нити жизни, но однажды она выронит клубок. Макондо, и без того не существующий в галактической бесконечности, исчезнет окончательно.

Дарья Евдочук